Для чего нужна медитация? Отрывок из книги “Буддийские практики”

Вчера в книге “Классические буддийские практики. Путь благородной личности” наткнулся на очень интересный текст, довольно чётко объясняющий почему человек попадает в круговорот рождений, страдает, и в общем то из этого становится совершенно понятно, почему медитация за счёт расслабления в итоге “освобождает” и “спасает”, при условии конечно, что медитирующий понимает что он делает и идёт именно к этой цели. Привожу этот отрывок:

Буддийский религиозный подвижник (йогин), устремленный к Нирване как высшей цели человеческого существования, подчинял свою жизнь единственной задаче — устранению аффектов, ибо именно они и заставляют сознание бессмысленно блуждать в круговороте рождений.

Согласно учению о карме, преподанному Бхагаваном Буддой, только действие, не обусловленное аффективным мотивом, не влечет за собой новое рождение в сансаре — мире страдания. А это, в свою очередь, означает, что аффекты и есть «корень бытия», и тот, кто устремлен к победе над страданием, должен предпринять практические усилия, чтобы полностью выкорчевать его. Таким образом, устранение аффектов и есть путь, ведущий из сансары к Нирване, а усилия, предпринимаемые на этом пути, направлены на овладение традиционными буддийскими технологиями освобождения сознания от аффектов.

Но что такое аффекты в буддийском понимании? Для ответа на данный вопрос прежде всего необходимо иметь в виду, что словом «аффект» в современных переводах буддийских письменных памятников передается санскритский термин клеша. Он происходит от глагольного корня клиш, буквальное значение которого — «пачкать», «загрязнять», «причинять боль, мучение», «приводить в возбужденное состояние». Однако этимология и буквальное значение слова при переводе философской терминологии служат лишь подспорьем, они только наводят на смысл термина. Чтобы понять его строгое значение, необходимо вскрыть концепцию, стоящую за этим термином.

В составе буддийской специальной терминологии клеша — фундаментальное понятие, характеризующее индивидуальный поток психосоматической жизни, циркулирующий в сансаре. Если живое существо родилось, ему свойственны клеши — дхармы, заставляющие сознание расценивать сансару как вполне приемлемую, желательную, опъяняться фактом индивидуального бытия.

Пока в индивидуальном потоке дхарм присутствуют клеши, будет и деятельность, мотивированная жаждой приятного опыта, а значит, новые рождения в мире страдания обеспечены.

Но страдание, неизбежное в сансаре (взять хотя бы в качестве примера неизбежность старости и смерти!), не есть благо, и едва ли найдется глупец, который, не будучи законченным мазохистом, убежден в обратном.

Благо — это полное освобождение от страдания, освобождение, исключающее возникновение страдания в будущем, т. е. Нирвана. А из этого следует, что любое состояние сознания, сопровождающееся клешами — факторами, укореняющими в сансаре, — неблагое, чуждое благу Нирваны.

Иными словами, клеши «загрязняют» и «пачкают», но не одежду, а сознание, ибо именно они делают его конкретные состояния и поток в целом неблагими, препятствуя истинному видению реальности.

Сознание, пораженное клешами, не способно уразуметь, что «индивидуальное бытие» — это безличное циркулирование потока дхарм в круговороте рождений, осуществляющееся в силу причин и условий, сопряженное с неизбежным страданием; что именно клеши — главная из этих причин; что они могут быть устранены и страдание прекратится; что есть путь, который непременно приведет к полной победе над страданием.

Познать все это в индивидуальном опыте и значит узреть реальность как она есть. Но клеши мешают, препятствуют этому, направляя сознание к сансаре. Оно пассивно течет по однажды проложенному руслу, хотя в каждый момент своего протекания оно чем-то возбуждено, неспокойно.

Пребывая в тенетах клеш, сознание привязано к объектам чувственного мира, жаждая получить от них гамму приятных переживаний. Оно планирует и осуществляет материальную деятельность — телесную и словесную (звук, полагали буддисты, имеет материальную природу) — по захвату этих объектов. Сознание уверено, что именно объекты обладают свойством возбуждать влечение.

При этом оно забывает о существовании подвижников, не испытывающих влечения к объектам, а ведь если бы объекты реально обладали свойством вызывать влечение, то подобных подвижников не могло бы быть. Но под влиянием клеш представления становятся недостаточными.

Сознание, «борющееся» за счастье, испытывает отвращение и вражду ко всему, что преграждает дорогу к наслаждению.

И опять требуется деятельность, но она будет мотивирована враждой и отвращением. Если есть соперник, его необходимо подавить, в пределе — уничтожить. Если преграда имеет идеальную природу — религиозное учение, какая-либо эстетическая или общефилософская концепция, ее необходимо на словах разнести в пух и прах — признать нелепой, отсталой, ложной, заумной, далекой от действительности, а ее автора — сентиментальным болтуном, не знающим жизни, или пессимистом и человеконенавистником, блаженным чудаком, шизофреником, достойным сумасшедшего дома.

В обоих вариантах деятельности сознание возбуждено, телесность также возбуждена, готова к атаке словом и делом. Это и свидетельствует о присутствии клеш. Учитель Асанга в трактате «Абхидхармасамуччая» указывает: «Если возникающая дхарма характеризуется свойством возбужденности и ее возникновение приводит тело и сознание в возбужденное, волнующееся состояние, это и есть признак клеша…».

Возбужденное сознание порождает ментальное действие: буду делать так-то и так-то.

Оно выступает формирующим фактором относительно последующих словесных и телесных действий. Доведенные до конечного завершения, эти материальные действия и продуцируют кармическое следствие, которое созреет в новом рождении. Именно в силу того, что клеши провоцируют деятельность, обязательно приводящую к рождению в сансаре, они и есть то, что «мучает», «причиняет боль», понуждая сознание блуждать в абсурдном — безначальном и бесцельном — круговороте рождений.

Хотя и телу от них достается — от иных возбуждающих переживаний можно потерять здоровье, а в новом рождении испытать всю полноту адских мук или, к примеру, тяготы бараньего существования, завершающегося на скотобойне.

Сознание, обращенное к сансаре, мнит себя тем хозяином опыта, который может быть счастлив или несчастлив, удовлетворен или недоволен. Вера в реальное существование «Я» буквально пронизывает сознание в любой момент существования, находя подкрепление в социальном факте наличия у индивида собственного имени.

Однако имя дается при рождении даже тем человеческим существам, которые, взрослея, обнаруживают полный идиотизм и неспособность отождествить себя в качестве «Я», хотя есть и тело, и чувствования. Вера в существование «Я», ложная по своему содержанию, принимается за очевидное «знание», несмотря на ее уязвимость для рациональной критики — ведь «Я» как реальная субстанция не присутствует ни в теле, ни в чувствованиях, ни в актах сознавания. Будучи верой в нереальное, она препятствует видению реальности, загрязняя сознание; она побуждает к действиям во благо того, что не существует, волнуя сознание и тело; она причиняет боль и мучение, удерживая сознание в круговороте рождений, в мире страдания. Тупое упорство в этой вере и есть невежество.

Сознание, погрязшее в невежестве, изнемогает под грузом множества проблем. Оно непрерывно озабочено вопросами, как укрепить материальное благосостояние «Я» — сохранить и расширить собственность, увеличить капиталы, как добиться превосходства, известности, славы и почестей, каким образом избежать телесных недугов, продлить молодость, усилить сексуальность, подавить и обанкротить конкурентов, унизить соперников, отомстить врагам, навязать обществу свои идеи, привлечь сторонников, как спастись от злоключений и судебных преследований — пусть даже ценой чужой жизни или чужого позора.

Если же в придачу ко всему присутствует еще и убежденность в вечности этого мифического «Я», проблем становится больше. Нужно узнать, кем оно было в прошлых жизнях, а для этого приходится платить гадалкам и прорицателям. Кроме того, необходимо совершать «религиозные» действия (ритуальные очищения, жертвоприношения и т. п.), чтобы и в будущих рождениях «Я» процветало.

Вся деятельность, направленная на благо «Я» в настоящем и будущих рождениях, мотивирована в конечном итоге алчностью, враждой и невежеством — злейшими из клеш. Никакое благо из подобной деятельности проистечь не может в принципе. Эта жизнь закончится старостью и смертью.

И тело, которое тешилось в чувственных удовольствиях, нежилось в роскоши, требовало непрерывных забот и попечения, сгниет, переполненное зловонной жижей и опарышами, трупными червями. Скелет истлеет и распадется, а в очертаниях обнажившегося черепа едва ли кто-нибудь сможет опознать гордый профиль и надменную улыбку былого хозяина жизни. Впрочем, та же участь постигнет и тело, питавшееся грубой и скудной пищей, надрывавшееся в трудах, рано утратившее признаки юности. Тело — это только тело. А поток сознания и других нематериальных дхарм устремится к новому рождению, которое окажется значительно хуже предыдущего, невзирая на все очистительные ритуалы, жертвоприношения и молитвы, сотворенные во благо «Я».

Согласно буддийской концепции роли клеш в процессе непрерывного воспроизведения существования, именно вера в реальность «Я» замыкает на себя все прочие клеши. По этой причине возникает эгоцентрация, превращающая группы причинно обусловленных дхарм, подверженных притоку клеш, в так называемые «группы привязанности» (упадана-скандха).

Итак, клеши — то, что «загрязняет» сознание, препятствует обретению истинного знания о реальности, ведет к недостаточности, ущербности представлений, т. е. иррациональные проявления психической жизни, препятствующие познанию. Они волнуют, возбуждают не только сознание, но и тело. Они проистекают из жажды приятных чувствований и самоутверждения, свойственных живым существам, рожденным в сансаре. Ложная по своему содержанию вера в реальность «Я» (которая также есть не что иное, как клеша) способствует консолидации клеш в русле, проложенном алчностью, враждой и невежеством. Поток психосоматической жизни, направленный в это русло, характеризуется как неблагой, поскольку имеет тенденцию непрерывно воспроизводить себя в мире страдания. Соответственно этому и элементарные моментальные состояния, к которым «притекают» клеши, рассматриваются как неблагие.

Суммируя психологические характеристики клеш, исследователи буддийских письменных памятников пришли к выводу, что наиболее близким к этому понятию в арсенале европейской мысли будет понятие «аффект».

Исторически латинским словом аффектус (букв, «волнение», «страсть») передавался в переводах древнегреческих философских текстов термин «пафос». Мыслители Элейской школы и стоики обозначали этим термином «неразумные и неумеренные движения души». Позднее Аристотель указал на связь возникновения «пафосных» состояний с изменением состояний телесных.

Конец цитаты. В той книге много всего есть интересного, но я привожу именно этот отрывок, надеюсь он даст много к пониманию. Однако хочу заметить, не понимайте все буквально, в абсолютизме! В той же книге, как ни странно, дальше также описывается что если понимать всё буквально, это тоже приводит к этим самым “клешам”, даже приводится пример ( и по-моему не один!) когда и в религии, и в каком-либо учении или практике можно перегнуть палку и снова оказаться в том, от чего бежали.. ( в аффекте и в клешах), прямо так и хочется их назвать “клещами”, клещами сильных автоматических желаний, обусловленных ранним опытом..

На мой взгляд, если всё делать аккуратно и равномерно, то вот он путь! Поскольку на страницах моего сайта я не раз упоминал про У Чань Чжун цигун, как практику помогающую идти по этому “срединному пути”, то упомню и ещё раз, поскольку для меня этот текст и эта цитата еще некоторым образом прояснили путь, несмотря на то, что практически по нему иду..
Иногда возникают тонкости, нюансы, и в вышеупомянутой книге я нашёл проясняющие ответы. Просто же читать книгу, без практики, увы, боюсь что это ведёт к дополнительной перегруженности информацией и возможно к дополнительным огорчениям, поэтому без практики читать данную книгу- Не Рекомендую!

Надеюсь кому-то эта большая цитата поможет как помогла и мне.

P.S. в цитате используется слово “сознание”, его бы я всё таки заменил скорей на ум, в данном случае “ум- это как комплекс всех интеллектуальных программ человека, некий компьютер, который постоянно обрабатывает информацию и делает выводы чаще всего в автоматическом режиме”, тогда как “сознание” это нечто другое, зачастую спящее и более глубокое, не зря же часто термин “пробуждение сознания” используется. Если сознание спит у человека чаще всего, то не очень логично использовать слово “сознание” в активной форме в данной цитате, ведь как спящее сознание может что-то выбирать или что-то делать? да никак.. всё это делает “автоматический ум” с которым человек плотно себя ассоциирует. Поскольку оригинальную цитату решил не менять, цитата есть цитата, так и оставил этот текст, но счёл своим долгом сделать такое пояснение, во избежание путаницы и непонимания.

P.P.S. термин “Нирвана” расшифровывать не буду, во-первых сам не знаю ( практически), а во-вторых даже если узнаю и буду там, то скорей всего пойму, что сколько бы не писал, все бесполезно. Будет хождение вокруг да около.
Надеюсь  сами поймёте или хотя бы немного понимаете. Тем более статья то для тех, кто хотя бы на интуитивном уровне понимает в каком направлении надо двигаться, Нирвана это и есть обозначение этого направления. И это не “реклама” этой непонятной Нирваны или возвещение о том, что туда НАДО идти,  во избежание путаницы.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Подробнее в Медитация
О медитации глубоко, таинственные “совпадения” и путь к истине

Случилось такое, что сегодня я просто в состоянии тихого офигевания от глубины и пользы этого события и спешу рассказать вам… Если хотя бы несколько человек обратят внимание на...

Закрыть